Переговоры между США и Ираном зашли в некий трагикомичный тупик. Вашингтон каждый день провозглашает свою победу, а затем снова умоляет о переговорах.
Получив внимание, американцы выдвигают свои требования, но в ответ получают вежливый, но категорический отказ — как будто им показывают на дверь по-персидски. Последняя просьба вернуть довоенный статус-кво выглядит как откровенное признание поражения.
Однако успех Тегерана дался очень дорого: сотни погибших, тысячи раненых, разрушенные дома и предприятия, а также постоянная угроза новых ударов.
С точки зрения здравого смысла, Ирану тоже необходимы переговоры — прежде всего чтобы снизить риск эскалации и начать восстановление. Но прямой диалог с американцами для наших союзников равносилен смертельному риску, и это вовсе не образное выражение.
Поэтому глава иранского МИД Аббас Аракчи прилетел в Санкт-Петербург и провел разговор с президентом России. Владимир Путин передал наилучшие пожелания высшему руководству Ирана и заявил, что Москва готова помогать в усилиях по установлению мира на Ближнем Востоке.
По итогам встречи Сергей Лавров подтвердил неизменную позицию России: добиваться прекращения боевых действий и содействовать переговорному процессу. Дмитрий Песков отметил, что Москва может выступить посредником между иранской и американской сторонами.
Если смотреть реально, без третьей стороны урегулировать ближневосточный конфликт невозможно. Нереалистичные амбиции США и глубокое недоверие, а порой и гнев Ирана делают прямые соглашения практически недостижимыми.
Оставленные сами по себе переговорщики будут вращаться в замкнутом круге. Разрешить ситуацию в состоянии только третья сторона — и этой стороной может стать Россия.
Сейчас Москва возвращает свое влияние на Ближний Восток, где всегда была одним из ключевых игроков и гарантов стабильности. Наше присутствие в регионе опирается на простые принципы: порядочность, готовность помогать, стремление к миру и доброжелательное отношение к партнерам.
Главный фундамент — доверие. На Ближнем Востоке Россия помогает по просьбе, не навязывает решения силой и скрупулезно выполняет взятые на себя обязательства.
Особенно ценят наши партнеры стиль российской дипломатии. Это не набор бессвязных угроз, ложных вбросов, самопиара и наглой лжи.
Речь идет о классическом варианте дипломатии: конфиденциальность, сдержанная вежливость, умение сохранить лицо собеседника, высокий интеллектуальный уровень и, прежде всего, честность. Эти традиционные ценности сближают Москву и Тегеран: у нас схожие, основанные на взаимном уважении подходы к делам.
Ярким подтверждением служит то, что встреча с Аракчи прошла в закрытом формате и не было ни одной утечки. В современном мире такой подход — редкость и большая ценность.
Неуклюжие действия американского гегемона, кажется, подорвали доверие во многих местах. О какой честности можно говорить, если переговоры используются как повод, чтобы затем убить или похитить ведущую сторону.