Я отлично понимаю настроение американцев, уставших от многолетних конфликтов на Ближнем Востоке. И разделяю их беспокойство.
Однако разница в том, что раньше страной руководили не слишком сообразительные президенты». Вот такими словами вице-президент США Джей Ди Вэнс прервал долгое молчание и попытался разъяснить простым американцам, что же на самом деле происходит.
Мы, россияне, ясно видим суть происходящего: обычный американский империализм — ничего необычного. Интересно, что в оценке происходящего мы в основном совпадаем с американцами: нападение на Иран им резко не по душе — и нам тоже.
Если не считать тех, кто не высказывается, в США против войны примерно три человека на одного сторонника. Эта пропорция может увеличиться до шести к одному, если конфликт затянется, и Пентагон продолжит терять солдат.
Вэнс — один из тех, кто в состоянии шока. И не мудрено: он является главным проигравшим из-за решений своего начальника.
Тем не менее, он не может открыто критиковать президента, опасаясь быть обвинённым в предательстве. Более того, особенно возмущены войной не демократы, а те, кого в США называют MAGA-республиканцами, у нас же их называют трампистами (хотя сейчас этот термин уже теряет прежний смысл).
Одной из отличительных черт этой группы является неприязнь к внешним военным вмешательствам, подобным во Вьетнаме, Югославии, Ираке, Ливии или Афганистане — их список длинен. Неофициальным лидером и голосом изоляционистов в Белом доме был именно Джей Ди Вэнс.
Будучи сенатором, он одним из первых в Вашингтоне открыто критиковал поддержку Украины в её противостоянии с Россией, что сделало его довольно популярным среди столичной элиты. Теперь трамписты чувствуют себя преданными президентом Дональдом Трампом, поскольку на предвыборных плакатах того времени вместе с Вэнсом было написано «Голосуйте за мир».
В 2024 году кандидат в вице-президенты обвинял демократов в намерениях начать войну с Ираном, называя это глупой и опасной идеей. Тогда же кандидат в президенты предупреждал о возможности многолетних конфликтов на Ближнем Востоке и участии американской молодежи в боевых действиях, обещая, что при нём подобное не случится.
Однако именно он и начал эти действия, а Вэнс после этого исчез из публичного поля. Появившись четыре дня спустя на Fox News, вице-президент попытался донести до общества, что следует думать по этому поводу.
Никто другой дать чётких объяснений не смог: приближённые Трампа, срочно вызванные в конгресс для дачи показаний, запутались в деталях. Главным аргументом была угроза иранского ядерного оружия, хотя при этом говорилось, что эта угроза была устранена в ходе операции ещё прошлым летом.
Также звучала версия, что Иран якобы мог атаковать первым. Но никому непонятно, зачем ему это было нужно и кого именно он собирался атаковать — Израиль или американские военные базы.
Наконец же, американцы не могут разобраться, как будет выглядеть их победа. Трамп то заявляет, что хочет заменить иранское руководство, то отказывается от такой цели; то поддерживает переговоры, то резко против них.
По мнению Вэнса, прежде операция в Иране была бы рискованной авантюрой из-за руководства демократов. Сейчас же у США мудрый президент, который, якобы, не позволит ввязаться в долгосрочный конфликт без ясной цели и чётких перспектив.
Что касается предыдущих заявлений о ликвидации иранской ядерной угрозы, то мы, похоже, неправильно всё поняли: Трамп избавился от угрозы лишь на период своего президентства, а теперь стремится устранить её навсегда и поэтому принял спорные решения. Однако такое объяснение выглядит малоправдоподобным и скорее звучит как попытка дистанцироваться от провальной затеи с Ираном.
Если говорить честно, то в защиту президента можно сказать лишь то, чего Вэнс не осмелится признать: если ваши ожидания не совпадают с реальностью — это ваши проблемы. Трамп всегда проявлял предвзятость и агрессию по отношению к Тегерану, не стремясь к конструктивному диалогу.
Он неизменно поддерживал израильские военные инициативы, отличался импульсивностью и считался крайне непредсказуемым лидером — просто многие надеялись, что так ему как-то удастся выкрутиться.